Библиотека развития
#7 Как мы остаёмся детьми на работе
Внутренний возраст проявляется не только в близких отношениях. Его хорошо видно и на работе.
Можно быть руководителем, управлять людьми, принимать решения и при этом строить отношения с сотрудниками из позиции Ребёнка. Можно быть опытным специалистом, много лет работать в профессии и всё равно ждать от начальника того, чего когда-то ждали от родителей.
Девиз сотрудников: «Хочу игрушку и чтобы меня не ругали».

Когда Ребёнок становится начальником

Такой руководитель ждёт, что подчинённые будут радовать его, как родители: приносить готовые решения, предугадывать его настроение, не расстраивать плохими новостями.
Когда что-то идёт не так, вместо разговора о проблеме могут появляться обиды и капризы: «Я вами недоволен!» При этом сложные решения брать на себя не хочется. Ответственность за них удобнее переложить выше или найти того, кто решит проблему.
Получается странная ситуация. Формально перед нами начальник, но внутри он ждёт, что кто-то другой окажется взрослым.

Когда Ребёнок становится подчинённым

Здесь всё выглядит наоборот. Такой сотрудник ждёт чётких и простых указаний. Ему важно понимать, что именно нужно сделать, чтобы его похвалили и не ругали.
Критика воспринимается не как разговор о работе, а как личная неприязнь. Инициативу проявлять страшно, ведь инициатива означает возможность ошибиться, а за ошибкой может последовать наказание. Поэтому безопаснее дождаться указания сверху.
И тогда постепенно возникает система, в которой начальник ждёт, что сотрудники сами всё решат, а сотрудники ждут решений от начальника. Каждый смотрит на другого в ожидании, что взрослым окажется кто-то другой.
Результат - хаос. Работа начинает двигаться только под давлением сверху. Возникают сплетни, поиск виноватых, пассивная агрессия.
При этом проблема может быть не в профессионализме людей. Каждый по отдельности может прекрасно знать свою работу. Вопрос в том, из какой позиции они строят отношения друг с другом.

Когда встречаются два Подростка

Совсем иначе отношения на работе выглядят, когда и руководитель, и сотрудник находятся в позиции Подростка. Здесь уже никто не хочет слушаться. Каждый хочет доказать свою силу, самостоятельность и правоту.
Руководитель может воспринимать несогласие сотрудника как вызов своему авторитету. Ему важно показать, кто здесь главный. Поэтому вместо обсуждения появляются давление, жёсткость и желание поставить человека на место.
Сотрудник, в свою очередь, начинает бороться за свои границы. Любое требование начальника может восприниматься как попытка подчинить его себе: «Почему я должен это делать?», «А почему вы решили, что будет именно так?», «Я сам знаю, как лучше».
В отличие от Ребёнка, который боится ошибиться и ждёт указаний, Подросток хочет действовать самостоятельно. Но самостоятельность ещё легко превращается в борьбу.
И тогда рабочий вопрос перестаёт быть просто рабочим. Кто прав? Кто сильнее? Кто кому уступит? Кто последнее слово скажет?
В такой системе может быть много энергии. Люди спорят, предлагают идеи, отстаивают своё мнение, готовы рисковать. Внутренний Подросток вообще может быть очень полезен там, где нужно проявить силу и защитить свои границы.
Проблема начинается тогда, когда борьба становится важнее результата. Руководителю уже важно не найти лучшее решение, а сохранить власть. Сотруднику — не решить задачу, а не позволить собой командовать.
И вместо сотрудничества возникает противостояние:
«Мы работаем вместе, пока никто не пытается мной управлять».

А где здесь Взрослый?

Взрослые отношения на работе не означают отсутствие конфликтов, споров или подчинения. Можно не соглашаться и оставаться партнёрами. Можно руководить человеком, не подавляя его. Можно выполнять решение другого, не становясь от этого слабее. Можно защищать свои границы, не начиная войну.
Взрослая позиция появляется там, где человеку уже не нужно искать того, кто возьмёт ответственность вместо него. И не нужно постоянно бороться за свою силу и доказывать, что никто не имеет права им управлять.
Тогда в центре отношений оказывается не вопрос: «Кто из нас главнее?»
А другой:
«Какую общую задачу мы сейчас решаем?